МБУК Семикаракорского района «МЦБ»
имени Виталия Александровича Закруткина

» » С.Ф.Токаренко . ОЧЕРКИ МЕСТНОЙ ИСТОРИИ ПО ДАННЫМ АРХЕОЛОГИИ

            Когда А. было накуплено много всего, большей частью бесполезного, стала очевидной давняя и часто повторяемая истина  –  не в деньгах счастье. Ему, как и многим, казалось, что деньги открывают дверь или путь в более совершенный мир, где сопровождает удача, другое отношение со стороны «ближних»  –  видимо, казалось как «скупому рыцарю» у Пушкина:  «слетятся нимфы резвою толпою, музы…» и тому подобное многое приятное. Но, оказалось, что деньги  –  это только деньги. Вышло по Булгакову:  «… ничего этого не случилось, никакие нимфы не сбежались к нему, и музы дань ему не принесли, и чертогов он никаких не воздвиг, а наоборот…». Оказалось, что деньги расширяют возможности, но если таковые есть, и уж никак не делают счастливым.

            В результате различных покупок, преимущественно совсем ненужных, деньги у А. иссякли быстро, примерно за полгода, и стала проявляться и вторая широко известная истина  –  обычно хочется беречь, когда осталось «кот наплакал».

            Другой клад, синхронный этому и очень на него похожий, был найден поисковиками из г. Шахты в декабре 2012 года  возле ст. Мелиховской.  По номиналу сумма клада составила около 50 рублей, в составе клада было 32 рубля Екатерины-II,  один рубль Анны, 16 полуполтин, одна пятидесятикопеечная монета и монеты 20, 15 и 10 копеек. Стоимость клада оценивают  примерно в 1,5 млн. руб. так же как и описанный выше клад, несмотря на то,  что по номиналу он меньше в два раза (поскольку полуполтины и полтина стоят сейчас дороже, чем рубли).

            А клады эти   –  явное свидетельство каких-то серьёзных потрясений в то время в наших краях.

            Наибольшее число кладов и схронов разного рода у нас связаны с Октябрьской революцией и Гражданской войной.

            Во дворе средней школы № 1 при рытье траншей  и строительстве нового здания (в конце 60-х и начале 70-х лет ХХ века) было найдено огромное количество бумажных денег  –  царских (периода Николая-II), «керенских» и местного выпуска Ростовской конторы госбанка («ермаки», «платовы», и т.д.) в стеклянной посуде в нескольких схронах.

К примеру, по-моему, весной 1970-го, ученики 4-го класса, играя  в траншеях на перемене, нашли в них пару старинных бутылок от шампанского с характерным, сильно вдавленным дном. «Керенки» в них были скручены колбасками и обмотаны ниткой по спирали  –  чтобы просунуть в горлышко, они были сильно мокрые,  –  пробка, видимо, была бумажная  и спрела.…  Несколько «колбасок» развернули и высушили  –  получили  ассигнации довольно хорошего сохрана, с множеством красивых каллиграфических надписей и росписей должностных лиц той эпохи.  Удивлялись, что чернила не расплылись. Часть «керенок» отдали классному руководителю  «для музея» (она потом вела историю), другими играли, раздавали знакомым….. Но отношение к находке было не совсем как к предмету Истории, оно сильно «окрашивалось» презрением к «царским керенкам», воспитанным совковым зомбированием, и шансов сохраниться у этого клада практически не было. 

Здания старой школы раньше были административным комплексом станицы.

            В кладах на территории школы было много банкнот выпущенных Ростовской-на-Дону конторой государственного банка, в 1918 году.  Начал выпускать эти деньги Каледин, при нём эмиссия этих денег составила  17 467 588 000 рублей. На юге России, не захваченном большевиками,  признавали «керенки», свободно «ходили» царские деньги  –  они считались самыми «крутыми», хотя и не были обеспечены чем-либо,  –  люди думали, что царь скоро вернётся. С царских  рублей  даже давали сдачу. Вторыми по «крутизне» после царских были ростовские банкноты. Но история ростовских денег закончилась в январе 1920-го года, когда в город вошла конница Будённого. 

            Летом 2010 года в огороде домовладения на проспекте Атаманском (бывшая ул. Церковная) между 7 и 8 переулками была найдена стеклянная бутылка с бумажными деньгами периода конца империи  –  временного правительства.

            В 80-е годы прошлого века в иконе, которую принесли для «поновления» (реставрации), под тканью с обратной стороны были обнаружены  несколько сотен «керенок» различного номинала. Банкноты были разделены примерно поровну в самодельные бумажные пакеты с надписями «Паршиной» и «Кундрюковой».

            В июле 2013 года на пункте приёма металлолома в ст. Кочетовской, после распиливания медного короба оказалось, что он наполнен бумажными деньгами, царскими и керенскими. Кроме денег в коробе были два серебряных  Георгиевских креста. На пункт приёма коробок сдала жительница Кочетовской.

            Встречаются более интересные и значительные клады этого же периода.

            В центре Каныгина в 2008 году на месте старых домов,  располагавшихся на подъёме к холмам, выше церкви, справа от бывшей дороги, было найдено 186 медных монет конца XIX   –  начала XX  веков номиналом от 1 до 3 копеек.

            В хуторе Слободском на огороде местный житель нашёл металлический чайник с несколькими сотнями медных монет. Ранее это домовладение принадлежало священнику.

            В Слободском же,  на «Песчанке», в старом заброшенном доме в мае 1973 года подростки  нашли схрон:   казачья шашка без ножен, старинная книга, завёрнутая в мешковину и залитая воском (книга большого формата с гравюрами, в очень хорошем состоянии) и серебряные кресты, схожие с Георгиевскими, но большего размера  с креплением на оборотной стороне.

            Видимо, существуют клады этого времени и ещё не открытые....

            По рассказам потомков одного крупного собственника (фамилии по понятным причинам не приводим) в хуторе Новоромановском (бывшем Куцем),  их дед (говорят, что он имел самых лучших лошадей в станице), во время репрессий, перед конфискацией зарыл клад (золото) на территории своего двора (на глубине до 1,5 м) возле курятника, Нынешние здания клуба и школы были его собственностью. Место  указал дочери,  сопровождая словами:  «Здесь хватит и тебе, и детям, и внукам», но та никогда не пыталась извлечь ценности, будучи напугана размахом репрессий, уехала из хутора и позже не возвращалась, а детям рассказывала.

            О подобном случае рассказывают в хуторе Ольховском Усть-Донецкого района. Один из жителей хутора (фамилию тоже не приводим), в период Гражданской войны закопал сундук с ценностями в балке к югу от хутора  –  на правом склоне в ответвлении за кирпичным заводом, в то время там располагавшемся.  Позже, уже после войны, владелец клада дважды приезжал его искать, остались ямы там, где копал, но не нашёл, несколько раз писал сыновьям о месте, где прятал клад, с подробным описанием.  Причиной «неотыскания » могли быть природные (геологические) характеристики,  –  все склоны этой возвышенности имеют  оползневые террасы, которые почти ежегодно меняют рельеф местности.        

            Бывает информация о более удачных «разысканиях»:  в ноябре 2011 года жители Константиновска с помощью металлоискателя обнаружили клад возле хутора Камышина  –  около 400 серебряных рублей Николая-II, большая часть из них со следами значительного износа.

            Во времена «перестройки» и возрождения казачества (80 – 90 – е  годы ХХ века) появилось довольно много «потомков» могущих указать место, где какой-либо предок спрятал клад с «зароком» использовать в нужное время на возрождение казачества. Так к семикаракорскому юртовому атаману обращался житель Семикаракорска с предложением указать место, где его отец во время Гражданской войны зарыл «монеты царской чеканки», потом показал место сыну и условием поставил «пустить деньги на возрождение казачества». Позже оказалось, что этот человек (сын) уже обращался с письмами  к Брежневу, Щёлокову, Андропову и т.п. с этим предложением, но все они его благоразумно игнорировали.

            Казаки же юрта  отреагировали  –  ездили на предполагаемое место на рекогносцировку.  Мероприятие кончилось ничем, а версия рассказа приняла другой вид:  отец рассказал и показал ему место, где спрятана казна и документы какого-то казачьего формирования, отступавшего от красных. Их сложили под обрывом в балке и, затем, взрывом  обвалили землю. Спрятано было много  –  содержимое целой подводы.

            История эта не похожа на правду и совершенно конъюнктурна для того времени  –  возрождения казачества.  Подобный рассказ есть в сборнике константиновских краеведов  –  с такими же мотивами и результатом, но главное действующее лицо  –  дед, а место  –  остров Лучка.

            Относиться к этой информации следует как к современному народному фольклору, каковым, по сути, большая часть этих легенд и является.

 НОВОЕ ВРЕМЯ

(продолжение и окончание).

 

            Из прочих событий нового времени можно упомянуть крестьянскую войну на юге России в 1773 – 1775 годах под предводительством Емельяна Пугачёва. У нас  эти события на местном материале не прослеживаются. Легенды, что Пугачёв был в наших местах, (в частности, на острове Куркин), на самом деле ничем не подтверждаются.

            В XVIII  и   XIX  веках происходит обустройство существующих и организация новых казачьих поселений.  В «Статистическом описании» 1822-1823 годов сообщается:   

«Семикаракорская станица, хотя и имеет неправильные улицы, но в ней много хорошо выстроенных домов.  Местоположение ее ровное, низкое, а потому при больших наводнениях вся затопляется водою. Жители сей станицы живут по большей части в хуторах, а оттого, кажется она весьма малою»  Но об этом в данной работе уже написано ранее..

Следует обратить внимание на очень важный момент в этом процессе для настоящего описания  –  многие казачьи хутора разместились на местах более ранних и древних поселений разных периодов, что связано с удобством места и экономической целесообразностью для какого-либо рода деятельности. Для археологии это добавило еще один, верхний, культурный слой казачьего периода, и в результате многие археологические памятники нашей местности многослойные  –  имеют от двух до шести, иногда восемь слоев разных культур, накладывающихся друг на друга.

В XIX веке существенно увеличился спрос на антикварные изделия (не только драгоценности),  –  и древние могилы грабились «вчистую». В XIX веке появляется даже профессия  –  бугровщик,  –  кладоискатель, специализирующийся на раскопках курганов (бугров).

Массовые грабительские раскопки проводились и в наших местах. В целом это дало толчок развитию серьёзной исследовательской работы,  — в тот период стала оформляться как научная дисциплина официальная российская археология.  И здесь мы возвращаемся к тому, чем начиналось это повествование.

Следует отметить, что казачий период не изучается археологией, так как для его изучения достаточно письменных источников, но научные методы археологии, безусловно, используются в случае необходимости.

 

Материалы казачьего периода  –  наиболее частые  находки на местах бывших поселений.  В науке они находятся на границе научных дисциплин между традиционной археологией (которая, как уже было сказано, занимается временем до XIII – XIV вв.) и этнографией (народоописанием, которая занимается временем более поздним) и потому часто «выпадают» из исследований и той, и другой.

Но эти находки ярко иллюстрируют образ жизни населения того времени и заслуживают самого внимательного изучения.        

Пули.

Среди находок часто встречаются кусочки свинца округлой или цилиндрической формы. Это пули, но ранние. Они могут датироваться только по сопутствующим находкам,

так как процесс их изготовления, начиная с появления первых ружей и кончая  XIX веком, не претерпел особых изменений. Изготавливались пули тремя способами.

            Первый  –  путём литья расплавленного свинца в пулелейку  –  это специальное приспособление из двух бронзовых половинок с круглыми полостями внутри,  куда через отверстия заливался свинец; после остывания половинки разнимали, извлекали отливки и срезали «литники»  –  «хвостик», который оставался в отверстиях после заполнения.

            Пулелейки также иногда встречаются на местах поселений.

            Второй способ  –  путём литья расплавленного свинца в жидкость (в масло или воду) с некоторой высоты. Таким способом делают современную охотничью дробь  –  через сито с большой высоты льют свинец: отверстия в сите задают размер дроби, а шарообразная форма получается, пока свинец летит в воздухе.

            Встречаются круглые пули с неотрубленными литниками  –  существует мнение, что литник оставляли специально, чтобы наматывать на него уплотнитель, играющий роль пыжа и, таким образом, увеличить ударную силу пули.

            Пули изготовленные литьём (в пулелейку или в жидкость) имеют законченную округлую форму.

            Пули, отливавшиеся централизованно для регулярных войск, подвергались обжиму между металлическими пластинами и потому отличались аккуратностью и стандартностью.

Если пуля была меньшего размера, чем диаметр ствола, то её оборачивали кожей  –  тогда она с трудом проходила по стволу, набирая силу.

            Пули, изготовленные третьим способом, в народе носили название «секанцы» (от слова «сечь», то есть, рубить).  Эти пули нарезали или рубили в виде цилиндров из заранее подготовленной свинцовой проволоки или прута.. Встречаются они очень часто и делались во все времена. Раньше подобные цилиндры использовались и в качестве самодельной картечи для пушек.

            Свинцовую проволоку или прут изготавливали заливкой расплавленного свинца в полую тростинку («камышинку»).  Иногда, для придания цилиндрам шаровой формы, их «катали» между двумя металлическими или каменными пластинами.

            Ещё один способ окатывания  –  пули насыпали в стеклянную бутылку и энергично встряхивали, острые углы и грани при этом притуплялись.  Дробь и пули таким способом охотники при необходимости изготавливают до сих пор.

            Боевое использование самодельных пуль в последний раз у нас было в период гражданской войны  –  по причине дефицита или полного отсутствия боеприпасов. Самодельные пули летели гораздо ближе стандартных, но если попадали в цель, то раны от них были более тяжёлые и болезненные.

            Массовое использование самодельных пуль и дроби охотниками было после Великой Отечественной войны, тоже ввиду большого дефицита.

            По диаметру и массе все свинцовые пули делятся на три группы. 

            К первой относятся пули диаметром 8-10 мм и массой 4,0-6,5 г, которые использовались в малокалиберных ружьях и пистолетах.

            Пули диаметром 10-15 мм и массой 6,5-15 г использовались в фузеях, пищалях и прочих ружьях.

            В трелью группу входят пули с диаметром более 15 мм и массой более 15 г, которые использовались в мушкетах и крупнокалиберных ружьях.

            Все эти пули (а особенно крупнокалиберные) могли быть использованы также в качестве картечи для пушек.

            Кремни.

            На местах казачьих поселений также часто находят обломки кремней разного размера и формы с «забитыми» углами и краями  –  это кресальные кремни, с их помощью добывали огонь. По острой, выступающей части кремня ударяли железным предметом, его называли кресалом, так чтобы искры попали на что-нибудь легко воспламеняемое  –  пух, ветошь, волокна из камыша и т. п., затем огонь раздували. Обычно кремни серого или коричневого цвета  –  эти местного происхождения.  Иногда встречаются кремни розового или сиреневого цвета  –  это импорт из Турции, они при ударе давали плотный сноп искр и потому были удобны в обращении.

            Встречаются плоские и относительно тонкие кремни по форме близкие к прямоугольной, обычно одна сторона у них сильно сработана (изношена)  –  это кремни ружейные,  они винтом зажимались на курке и искры от них поджигали порох.  Их часто оборачивали тонкой свинцовой пластинкой (фольгой) для надёжного крепления в курке,  иногда их находят вместе с этой пластиной.  По оценкам специалистов кремневые ружья в 8 случаях из 10 давали осечку.

            А кремни были непременным атрибутом тогдашней жизни  –  и военной, и быта.

            Астрагалы.

            Часты на местах поселений астрагалы  –  так называются таранные кости коленного сустава у животных. Бывают эти кости разного размера, но чаще всего используют кости малого рогатого скота (МРС)  –  коз, баранов и т. п..  В быту астрагалы называют бабками, альчиками, в донском варианте  –  гайданами.

            Эти вещи в силу своей популярности раньше были известны всем, и старым, и малым, сейчас  –  только по литературе. Кости эти служили инвентарём для игр. Одни игры были спортивными, другие  –  азартными.

            Спортивные игры строились на метании костей с целью «выбить» чужую кость из выставленной группы. На ровную площадку («кон») выставлялись кости в ряд или какой-то фигурой. Некоторые кости подтачивали или шлифовали для устойчивости. Затем проходила жеребьёвка  –  подбрасывали кости и по принципу старшинства сторон (или граней) на костях определяли, кому первому выбивать чужие астрагалы. Также заранее оговаривалось расстояние от фигур до метающего кость. В качестве биты в таких играх использовали кости с просверленными и залитыми свинцом отверстиями  –  для утяжеления.

            Встречается множество костей с обработкой поверхности и внутренностей для удобства или для нужного результата  –  подшлифованные или подтёсанные, просверленные (иногда несколько раз), утяжелённые свинцом или бронзовой проволокой и т. п.. Поверхность костей декорировали процарапанными или прорезанными рисунками.

            Такого рода игры, безусловно, способствовали укреплению здоровья и развивали качества, могущие пригодиться в жизни. В такие игры подростки играли примерно до конца 60-х  –  начала 70-х  годов прошлого столетия (ХХ).

            Азартные игры, использующие астрагалы в качестве инвентаря, являются вариантом современной игры в кости. Выигрыш получается при наибольшем «выпадении» нужных позиций костей.

            Первая по значимости позиция, дающая право на выигрыш или право на вступление первым в игру называлась «алчи» или «арца»  –  кость лежит на боку, на гладкой грани, а грань с выемкой находится сверху.

            Вторая по значимости позиция называется «тала» или «харь», положение противоположное «алчи»  –  гладкая грань сверху. Третья позиция  –  «пук» или «бук», кость лежит плашмя, выпуклой стороной сверху. Четвёртая, наименее значимая из всех, считается самой простой, называется «чик»  –  кость лежит плашмя с выемкой наверху.  Названия позиций могут меняться в разных местностях, но значимость позиций имеет интернациональное признание.  Комбинации позиций и количество костей дают огромное количество вариантов, что  придаёт игре непредсказуемость и азарт. Правила в игре довольно простые, как и в  большинстве азартных игр. Можно предполагать, что эти правила были примерно такими же всегда, т. к. орудия игры не изменялись.

             И иногда проигрывались огромные суммы. У Франсуа Рабле в VII главе 4-й книги «Гаргантюа и Пантагрюэля» в процессе торга Панурга и купца упоминается один такой случай: «Не знаю,  –  сказал купец,  –  учёный ли вы человек, много я видел всяких учёных, великих учёных и, можно сказать, рогоносцев. Ей-богу! А если бы вы были учёным, вы бы, конечно, знали, что в нижних конечностях этих божественных животных, то есть в ногах, есть особая косточка, то есть пятка, иначе «астрагал», которым (косточку эту брали только от баранов, да ещё от индийского осла и ливийской газели) уже в древности играли в королевскую игру талес. Этой косточкой император Октавиан Август в один вечер выиграл больше пятидесяти тысяч экю. Куда вам, рогоносцам, когда-нибудь столько выиграть!»

Следует сказать, что игра в альчики на деньги до настоящего времени практикуется среди взрослого населения сельской местности в среднеазиатских республиках.  По словам участников, обычно это происходит вечером, иногда ставки бывают очень высоки. Любители и ценители такой игры долго и старательно тренируются.

Использование астрагалов в качестве инвентаря для каких-либо мероприятий имеет очень древнее, трудно определить, когда же человек стал использовать их в своём обиходе. Первые по времени наборы астрагалов встречаются в погребениях майкопской археологической культуры, возраст которых оценивается в 6 тыс. лет.С.Ф.Токаренко . ОЧЕРКИ МЕСТНОЙ ИСТОРИИ ПО ДАННЫМ АРХЕОЛОГИИ

У нас наборы астрагалов встречаются в погребениях бронзового века возрастом около 4,5 тыс. лет, в которых возле покойного размещали целые наборы астрагалов. Такое погребение есть, например, в могильнике Вшивый-V.

Погребения с большим количеством астрагалов (наборы из десятков таких костей)  иногда называют  «погребением игрока», подразумевая, что кости игральные. Но, видимо, их можно называть и «погребениями прорицателей», поскольку тогдашние шаманы предсказывали будущее тоже по результатам выбрасывания костей.

Существовала легенда о «чёрном гайдане», который после определённых манипуляций выполняет любые желания владельца.

Традиция закладывать маленькие косточки из бараньей ноги (альчики) в качестве оберега у порога в юрту существовала у многих кочевых народов. Альчик у тюркских народов являлся символом скотоводства, символом благополучия, богатства. Он использовался в качестве оберега,  талисмана, как предмет обрядовой принадлежности. В период перехода кочевников к осёдлому образу жизни альчики также продолжали лежать под полом у входа уже в стационарных жилищах. Это свидетельствовало о связи с традициями кочевого мира.

Астрагалы, таким образом, имели характер универсальный, были частью культуры.

            Стекло.

            Заводское изготовление стекла началось в России в 1635 году, практически в это же время  был освоен и выпуск стеклянных сосудов. До 1800 года стеклянные бутылки в России использовались только для аптекарских целей. Тогда же вышел указ, запрещавший ввоз стеклотары из-за границы и бутылки стали использоваться для пищевых продуктов.  Стекло таких бутылок толстое, особенно дно,  плохо проваренное с пузырьками воздуха  –  следы выдувания. Стеклодувы железными трубками брали из горшков (толстостенных сосудов) вязкое стекло и выдували шар, который опускали в форму  –  полость, повторяющую форму изделия.

            В середине XIX века в России освоили новую технологию изготовления бутылок. Теперь их не выдували, а лили в специальных машинах, что значительно удешевляло и ускоряло производство.

            Особой популярностью пользовался штоф  –  четырёхугольная ёмкость с коротким горлышком. Слово штоф произошло от немецкого stof и обозначало меру объёма в одну десятую ведра,  эта мера соответствовала кружке с таким же названием. Бутылка, в которую этот объём помещался,  имела такое же название.

            В России того времени каждому напитку соответствовала бутылка определённой формы и цвета  –  пивная, ликёрная, коньячная, простая, столовая, для шампанского и т. п..

            Донышки винных бутылок вогнутые, есть мнение, что это предотвращало попадание осадка в бокал при наливании вина. Перед тем, как открыть,  бутылку ставили на стол вертикально, чтобы осадок опустился на дно и оказался в желобках вокруг выпуклости.

Цвет стекла определял, какое вино налито в бутылку:  зелёный  –  для сухих красных и белых вин,  из прозрачного стекла  –  для сладких вин.

После введения метрической системы мер объём бутылки был стандартизован  –  3/40 ведра.

Клейма производителей (знак, местонахождения завода и год выпуска) появились на бутылках во второй половине XIX века.  

Вина на Нижнем Дону производились в больших количествах, например, в 1772 году с виноградников в нижнем течении Дона собрали 3200 ведер вина, в том числе 60-70 %  из станицы Раздорской.

Кресты.

Кресты составляют самую многочисленную группу среди огромного количества так называемых предметов личного благочестия, куда входят ещё иконы, складни и другие предметы медного литья.

Появление этих предметов связано с принятием христианства на Руси, и они отражают тысячелетнюю историю христианства на территории нашей страны. Качества этих предметов  –  тиражированность, прочность, небольшие размеры,  красота и относительная дешевизна  –  способствовали их широкому распространению во всех слоях русского населения. Массово они появляются уже в XII веке, в этот период они изготавливаются преимущественно в Москве и Новгороде. Новой страницей в истории развития этого вида прикладного искусства стали произведения старообрядческих меднолитейных мастерских XVIII –  начала XX веков.

Особое  место занимали кресты-тельники (нательные кресты). Они являлись принадлежностью каждого христианина и потому были самыми массовым и одновременно самым древним типом изделий.

При крещении каждый христианин обязательно получал нательный (наперсный) крест, его носили на «персях»  (на груди) на теле под одеждой или поверх неё на цепочке или на шнурке. Как и говорил Христос:  «Кто не возьмёт креста своего… тот не достоин Меня».

Все кресты изготовлены из медных сплавов (бронзы) техникой литья, рисунки и подписи на них представлены в виде выступающего (чаще всего) рельефа. Рельефность надписей и рисунков не всегда чёткая, причины этого, чаще всего технические  –  сработанность формы, или форма была холодной, недостаточно высокой была температура расплавленного металла, что снизило его текучесть ит. п.. Многие кресты сильно испорчены коррозией за время пребывания в земле.

По оформлению и размерам кресты разделяют на группы и типы, в том числе по половозрастному признаку:  мужские, женские и детские.

Детские, соответственно, самые маленькие. Нарядные широкие крестики с чётким рельефным изображением, с двух сторон покрытые синей и белой эмалью, называются «листик» и носятся женщинами и при крещении обычно возлагались на девочек.

Большинство крестов имеют на оборотной стороне молитвы. Как правило, рельеф текста молитвы слабо выражен и не читается, но обычно, «сюжет» креста известен, так как выполнялся по канону, а канонов было немного.

 

<span style="font


Увидели ошибку в материале? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter